Меню
16+

«Знамёнка». Газета Гурьевского района Кемеровской области

20.11.2019 10:46 Среда
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 48 от 19.11.2019 г.

Трудовые победы Галины Победимовой

Автор: Виктория КУДИНОВА

Галине Ивановне Долговой 90 лет, а она сама вешает шторы после стирки, с любовью нянчит правнуков и с достоинством английской королевы собственноручно разливает чай из пузатого самовара по нарядным чашкам. При взгляде на эту активную, жизнерадостную женщину невозможно поверить, что были в ее жизни какие-то трудности. Но они были. Были, как у всех, чье детство выпало на военные годы.

А волк-то живой!

Победимова – это девичья фамилия Галины Ивановны, ей было всего 12 лет, и она едва успела окончить 4-й класс, когда началась Великая Отечественная война. Жили они тогда в Казахстане.

Сидя за столом, полным сладостей, за который меня усадила гостеприимная хозяйка, невероятно трудно представить полуголодное детство военного поколения ребятишек. Но я, слушая Галину Ивановну, честно силюсь понять, как это – заваривать вместо обеда шелуху от крупы, перемежая для разнообразия эту «кашу» мерзлой картошкой и кореньями.

Еще труднее, глядя на семилетнего правнука Галины Ивановны Дениса — светлого, открытого мальчугана, старательно выводящего буковки в прописи, поверить в то, что его сверстники работали во время войны на полях наравне со взрослыми – управляли быками, косили сено, сеяли и жали рожь. Но именно так, по словам моей героини, все и было.

«Многим в войну приходилось очень тяжко — и недоедали, и надеть нечего было, но нам повезло, — продолжает она. — Во-первых, родители держали скотину, поэтому мы сильно не голодали. А, во-вторых, у нас дома был хозяин. Папу на фронт не взяли, потому что он был без руки».

Глава семьи работал в совхозе, да еще и охотился — фронту нужны были шкуры. «Как же он работал и охотился с одной рукой?» — поражаюсь я. «Работал. Дерево в лесу свалит, а мы, ребятишки, уже распиливали его на чурки и везли на место. Мороз — не мороз, все равно идешь в лес, без дров в деревне нельзя. Патронов не было, на волков отец капканы ставил, а мы проверяли. Страшно было очень. Однажды иду я в лес и плачу, вспоминаю случай, как местные ребята принесли нам еще живого волка. Они шли мимо леса, увидели волка в капкане и привезли отцу. Говорят: «Дядь Вань, мы вам волка привезли». Оставили в сенках и ушли, а ко мне подружка в гости зашла. «Чего это у вас в сенях, — говорит, — два глаза светятся?» Мы ей: «Так там волк». Она со страху как рванула бежать, а отец вышел, точно – волк-то ожил. Отец его стукнул и в баню утащил. Спустя время сестра пошла его обдирать, шкуру уже с лапы задней сняла, а волк как оскалится. Она — к отцу: «Папа, он ожил!» Отец не поверил сначала, но посмотрел, точно — живой. И пристрелить его нечем, патронов-то нет. Вот и я иду, значит, капкан проверять, и плачу. Зять увидел меня, спрашивает: «Ты чего плачешь?» — «Волка, — говорю, — боюсь». — «Ну, пошли, посмотрим на твоего волка». Пришли. Правда, лежит волк, давай мы камнями в него кидать, не шевелится — значит, умер. Погрузили на сани, привезли домой, разделывать. Это уже наша с сестрой обязанность была. Пока шкуру с него снимешь, намучаешься, все ноготочки в ней оставишь…

А летом другая работа — от зари и до зари в поле то посевная, то покос. Но мы, кажется, и не уставали тогда вовсе. Жили мечтой о победе».

Жизнь без войны

…Весть о Победе они тоже встретили в поле. «Помню, денек был такой погожий,- светлеет лицом Галина Ивановна, — мы всем совхозом вышли бахчу сажать. Смотрим, по дороге идет большая группа старшеклассников из соседнего совхоза с красным флагом. «Что за праздник такой?» – думаем. А следом за ними верховые скачут и кричат: «Бросайте работу, все на митинг! Война закончилась!» Что тут началось! Все дела побросали, собрались толпой, давай обниматься. Сколько слез было! Кто от горя плачет — полдеревни мужиков домой не вернулось с фронта… Кто от радости, что этот ад закончился и теперь жить будет легче. У нас на фронте воевал единственный брат, который хоть и контуженый, но вернулся, так что мы плакали от радости».

Но война закончилась, а каторжная жизнь селян почти не изменилась. Работали весь световой день только за «палочки» — трудодни, живых денег не видели. Чтобы селяне не бежали в город, паспортов им не выдавали. «Но однажды, в 1947 году, к нам в совхоз приехал вербовщик, — рассказывает Галина Ивановна, — он набирал народ на строительство в Темиртау в Казахстане. Мы с подружкой решили ехать». Работа была не из легких. Особенно тяжко девчатам приходилось с разгрузкой угля. «Поставят перед нами 6 ячеек по 10 тонн каждая и нас 6 человек с лопатами, за два часа нужно все разгрузить. Кажется, невозможно это. А куда деваться? Разгружали, – продолжает Галина Ивановна. — Год отработали, получили паспорта, а с ними и долгожданную свободу. Устроилась я работать в поселок в 12 километрах от Темиртау, на маслозавод. А в 1950 году приехала в Гурьевск. Работала на металлургическом заводе, в огнеупорном цехе. Делали кирпич. Потом этот цех закрыли, а меня перевели в мартен на подкатку угля. Дадут какую-нибудь драненькую фуфайчонку с оторванным рукавом, проволочкой подпоясаешься, и вперед. Но усталости не было. Я никогда не жаловалась. Но меня, видать, пожалели, молодая девчонка все ж, перевели наверх, заслонщицей. В мои обязанности входило открывать и закрывать заслонки на печи. Завалка закончится, я площадку уберу и отдыхаю». Кто хоть раз бывал в мартене, где выдерживает далеко не каждый мужчина, тот прекрасно понимает, насколько «легкой» была там работа для 20-летней девушки, но Галина Ивановна утверждает, что работа в мартене была именно таковой.

Выиграла в лотерею

Свою будущую судьбу Галина Ивановна тоже встретила на заводе. «Появился у нас солдатик, звали его Павел, на электровозе шихту подвозил. Увидел меня и сразу глаз положил. Как свободная минутка, подъедет, поболтаем. Потом узнал у наших ребят с работы, где я живу, и пришел. Я его увидела, у меня глаза на лоб полезли. В шляпе, при галстуке, в кожане – фраер да и только! Стали встречаться. А он сразу про женитьбу. Я ему и говорю: «Ну какая женитьба? Ни у тебя, ни у меня ничего нет. Как мы жить-то будем? А он свое: «Я тебя люблю и никогда не обижу, а то, что у нас ничего нет, так это не страшно, будем работать, и у нас все будет». Я подумала-подумала, возраст все же у меня — 22 года! И согласилась, несмотря на то, что большой любви с моей стороны не было. 7 ноября свадьбу сыграли. Машин тогда не было, зять на скотном дворе договорился, дали пару лошадей да тарантас красивый, на котором начальство ездило. Раскрасили его цветами да лентами, впереди гармониста посадили. Так с песнями по городу и ехали. Подарки на свадьбу дарили, кто что мог – носки, чулки. Тетка его 4 метра ситца положила, а наутро забрала обратно, сказала, что няньке отдаст – ей нужнее, а мы, молодые, еще купим. Квартиру сняли, а из мебели ничего нет. Из приданного у меня – матрасовка, соломой набитая, да подушка, которую сестра в долг дала. После уже мама две подушки выслала и перину. Одеяло на базаре купили. Вот и все, с чего мы начинали. Потом завод комнатку в бараке дал, — рассказывает Галина Ивановна историю построения своего быта и семейного счастья. — Зашли, а из обстановки ничего, кроме постельного, у нас не было. Сестра выписала нам в коммунальном две старенькие табуретки, кровать железную односпальную с сеткой. На ней и спали, и что удивительно — места хватало. Потом велосипед купили, ездили на улицу Майскую огород сажать. Он — за рулем, меня на рамку посадит и едем. Когда картошка уродится, на тележке урожай домой возили, после уж мотоцикл купили».

Свой первый дом Долговы приобрели на выигравшие гособлигации. Выиграла Галина Ивановна 10 тысяч рублей – по тем деньгам огромную сумму. За восемь тысяч они купили насыпную избушку на ул. Максима Горького, очистили, побелили, после достроили. В этой избушке родилась у них единственная дочь. Пока дочь была маленькой, Галина Ивановна ненадолго устроилась в ясли, а когда девочка подросла, вернулась на завод – в литейку. «Работа у нас была сдельная, сколько сделал, столько и получил. А я на работу была очень жадная, всегда больше нормы вырабатывала, несколько раз становилась победителем соцсоревнования, поэтому зарабатывала больше мужа», — рассказывает Галина Ивановна и в подтверждение своих слов достает кучу трудовых и юбилейных наград.

Но кто и сколько заработал, они никогда не считали, даже в голову такое не приходило. Хоть и выходила Галина Ивановна замуж без любви, но с мужем, говорит, угадала, словно в лотерею выиграла. Обещание он свое сдержал – ни разу за 55 лет совместной жизни словом плохим не обидел, воспитали не только дочь, но и трех внуков. Построили и обжили два дома. Не стало Павла Евлантьевича в 2006 году…

Но Галину Ивановну одну дочь, внуки и правнуки, конечно, не оставляют. Всегда рады помочь. И за то, что шторы сама вешает, ругают, но Галина Ивановна не сдается. Пока, говорит, могу, сама все буду делать. Солидный возраст трудовым подвигам и победам не помеха.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

25