Меню
16+

«Знамёнка». Газета Гурьевского района Кемеровской области

06.07.2016 09:19 Среда
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 25 от 28.06.2016 г.

Две сестры из Кулебакино

Автор: Анатолий Воробей

Народная мудрость гласит: не спрашивай здоровья, а глянь на лицо. Жительницы села Кулебакино сёстры-погодки Светлана Николаевна Бровцына и Наталья Николаевна Фурмалёва заставили меня удивиться своим обликом вполне здоровых
и благополучных женщин, возраст которых «что-то около сорока». Не удержался от комплимента, искренне пожелав им всяческих благ. А удивиться было чему. На момент встречи прошло примерно три месяца, как селянки вернулись из Москвы, где в специализированной клинике они перенесли серьёзные операции, связанные с трансплантацией печени. Наталье врачи удалили поражённый болезнью орган, взамен же она получила часть печени старшей сестры Светланы.

Чем живы?


Когда я в ожидании встречи только стоял у калитки подворья Бровцыных, то думал о том, как бы своим визитом не очень побеспокоить женщину, недавно перенесшую тяжёлую операцию. Однако с первого взгляда стало понятно, что по двору мне навстречу идёт совершенно здорового вида, уверенная в себе хозяйка. По ходу она кому-то отпустила беззлобное «кыш!», дополнив взмахом руки безоговорочный приказ удалиться в положенное место, другую послушную скотину похлопала по хребтинке, что-то нечаянно оброненное подняла и положила куда надо, и потом уже мне приветливо, по-деревенски: «Здравствуйте, проходите в дом!». Тут же с порога отправила 16-летнюю дочь Александру за Натальей, своей младшей сестрой.


Устроили меня у окна, через которое видно хозяйство Бровцыных – с мычащим, блеющим стадом скотины, крикливыми стаями гусей и кур, огородом. Сразу пришла мысль о том, каких сил требует стезя сельской жительницы, чего стоит миска непривычно крупных, чистого молочного цвета домашних яиц на подоконнике. И вместе с этим – прибранный не на показ дом, ухоженные дети с любопытными взглядами, но знающие своё место при разговоре взрослых.


Живут сёстры в соседних домах, но как одна семья, в каждой – по трое детей в возрасте от пяти до 16 лет. На шестерых детей приходится две мамы – родная и крёстная, их дети – крестники на перекрест, то есть для племянников тёти – духовные матери или, как у них принято говорить, лёли. Их мама тоже живёт в своём доме отдельно от дочерей, ей уже 78 лет, а дочери и внуки ей помогают.

На три семьи есть один взрослый мужчина – муж Светланы Николаевны, но он инвалид.


Доходы этих семей – пенсия по инвалидности и половина ставки Светланы – руководителя кружка по изготовлению изделий народного творчества в сельском клубе. В клубе же до болезни работала уборщицей и сестра. Так что живут обе семьи натуральным хозяйством.


Для кого-то скотина – имя нарицательное, а курица – безмозглая птица не для полёта. А для сёстер из Кулебакино без коровы – нет хозяйства, и если за домашней скотиной и птицей хороший уход – будешь иметь пусть какой-то, но доход. Ежедневно, раным-ранёшенько, женщины доят своих коров и первым автобусом везут молоко, творог, сметану в город на продажу, к обеду возвращаются и идут в клуб отрабатывать свои полставки.

Право и риск выбора


Ранней весной 2015 года устоявшийся порядок жизни сестёр из Кулебакино вдруг нарушился. Младшая из сестёр Наталья занемогла, положили ее в больницу, сначала – в районную, а потом, после многих обследований, в областную. Областные врачи поставили ей страшный диагноз, с прогнозом неизбежного и мучительного затухания жизни. Сегодня, когда со смертельной болезнью покончено, Наталья Николаевна беспрестанно повторяет: «Какое же счастье – жить!» И ещё: «Жизнь – это череда выборов».


Под женские улыбки и слёзы, то и дело накатывающиеся на глаза женщин от воспоминаний пережитого, мы философствуем именно о роли выбора в жизни человека, про который сказала Наталья.


Удивляют сельские жительницы своей рассудительностью – Светлана Николаевна утверждает, что даже в том случае, если человек по жизни ничего не выбирает, он тем самым всё-таки делает выбор. Такие люди на селе, коим «топать не хочется и жить по-человечески тоже», к сожалению, есть. У каждого есть собственный моральный выбор: работать – не работать; красть – не красть; рожать – не рожать; подставить другую щеку – или дать сдачи; убить – не убить и пр. В разговоре переключаемся на литературу, рассказ Лескова «Человек на часах». Главный герой разрывается между двумя желаниями – помочь человеку, тонущему в проруби, или остаться на посту, как того требует его воинский долг.

В итоге моральная сторона солдата перевешивает, за что его же впоследствии наказывают жестокой поркой. Вслед за тем обсуждаем экранизированный роман «Ангел для сестры» американки Джоди Пиколт (посмотрел фильм специально перед встречей с сёстрами). Кратко суть: Анна Фитцджеральд была рождена специально для того, чтобы стать донором для своей старшей сестры Кейт, страдающей лейкемией. Анна перенесла уже множество операций, но когда ей исполняется тринадцать лет, Кейт становится необходима донорская почка. Операция может серьёзно сказаться на здоровье Анны в дальнейшем, при этом не принеся пользы Кейт, и Анна подаёт в суд, чтобы освободиться от родительской опеки и решать свою судьбу самостоятельно. Она это право получает. Однако финальная сцена фильма трагична – Анна от многих перенесённых операций умирает…


Наконец, в разговоре переходим к выбору, сделанному сёстрами. Точнее, для Натальи болезнь никого выбора не оставляла, а Светлане – только один: решиться – не решиться на риск отдать часть себя, чтобы избавить сестру от безнадёжных страданий, не потеряв при этом свою жизнь.

Последняя ниточка


Представьте себе состояние ещё молодой женщины, которой врачи сообщили о том, что её печень населена личинками червя, каждая из которых в отдельности выглядит как пузырь, именуемый медиками эхинококковой кистой. Пузырь медленно, но верно увеличивается в размерах, при этом сдавливая окружающие ткани печени и нарушая функции органа. Это эхинококкоз. По мнению врачей, заразиться Наталья могла, употребляя в пищу зараженные дикоросы. На начальной стадии болезнь лечится медикаментозно, но беда в том, что симптомы болезни могут не проявляться месяцами, а то и годами.


Так получилось и в случае с Натальей Николаевной: она не чувствовала болезни, пока эхинококкоз не достиг самой крайней стадии развития, уже не поддающейся лечению. По сути, личинки жили, питаясь ресурсами организма больной, росли, набирали силу и рвали печень на части изнутри, причиняя женщине невыносимую боль и страдания. Перспективы больной – неотвратимая печёночная кома с последующим летальным исходом.


Ситуация для Натальи сложилась отчаянная. Организм, изъедаемый болезнью, терял жизненные силы. Оставалось только молиться. Она молилась и просила у Господа даровать шанс в этой жизни, уходить из которой совсем не хотелось. И однажды во время неистовой молитвы к ней явился ангел-хранитель и шепотом указал на её спасительницу – старшую сестру Светлану. Добрый дух придал силы, больная поверила в провидение.


Точно так же верила в исцеление сестры и Светлана. По её убеждению, есть она – вера, без которой жить нельзя, она не нуждается в доказательствах по определению. И вера прирастает от действий, то есть на Бога надейся, и сам не плошай – действуй, засучив рукава. Она с молоком матери впитала истину: по жизни рассчитывай только на свои силы, а Бог просто помогает добиться цели.


Врачи указали Светлане и Наталье на спасительную соломинку – возможна замена печени, полученной от донора. Практика трансплантации внутренних органов человека в Кузбассе отработана, нужна донорская печень. Донор – погибший человек с совершенно здоровой печенью. Но надо ждать – очередь. Сёстры в больнице воочию видели эту многолюдную очередь и уже знали, что далеко не все нуждающиеся до таких операций доживают.


Что делать? Оказалось, что донором может стать и живой человек, когда у него изымается лишь часть печени. В этом случае пересадка тканей органа производится от родственника. Узнав об этом, Светлана, ещё не имея полного представления о сути операции, о том, какие она несёт риски для обеих женщин, тут же объявила докторам, что готова к такой операции, а сестра – тем более.


Врачи, просветив женщин по существу операции, заявили, что, во-первых, печень старшей сестры должна быть совершенно здоровой; во-вторых, в Кузбассе такие операции пока не проводятся, для этого надо ехать в Москву.


Раз надо ехать в столицу, значит, поедем, чего бы то ни стоило, – огласила своё решение Светлана матери, мужу и всем ребятишкам. Взрослые домочадцы засомневались в правильности её выбора, рассуждая, если вдруг что случится не только с больной, но сразу с той и другой мамами, на кого останутся после этого мать-старушка, муж-инвалид, шестеро детей, огромное домашнее хозяйство, теперь кормящее сразу десять человек? Тем не менее старшая сестра, она же старшая дочь и старшая мама, отстояла свой выбор, по её убеждению, единственно верный: если можно избавить сестру от тяжелого недуга, спасти ей жизнь даже ценой своего здоровья, значит, надо идти на такой риск, нежели, ничего не сделав, потом искать оправдание по поводу единственно упущенной возможности. Светлана Николаевна попросила всех молиться и верить, верить, верить в их счастливую судьбу.


Чтобы отправиться в столичную клинику, сёстрам пришлось сдать много анализов, пройти разные обследования, после чего, к их счастью, доктора вынесли вердикт: Светлана совершенно здорова, её печень в идеальном состоянии, группы крови женщин совместимы, они готовы к операции – можно отправляться в Москву.

Кулебакино – Москва


Слушая рассказ сестёр, заметил, что они не говорят о проблемах, получается так, что их путь из родного Кулебакино до учёных докторов Федерального медицинского биофизического центра имени А.И. Бурназяна в Москве оказался простым и легко преодолимым. Нет, всё, конечно, было, от пресловутых очередей, потери в клинике перед самым отъездом результатов анализа до жестоко-бездушной реплики некой «шестёрки» от медицины: «Болеть не надо!». На оформление сестёр в клинику ушло около полугода. В Москву больную привезли уже «не ходячей», на момент госпитализации её вес составлял всего 30 кг.


Вспоминается сёстрами чаще хорошее, их рассказ о доброте людской перемежается многочисленными «спасибо». Конечно, благодарят каждого доктора из числа тех, к кому они обращались за помощью и её получили, за их профессионализм и мастерство. По их собственным ощущениям и оценкам врачей, наблюдающих за состоянием здоровья сестёр, реабилитационный период у них проходит успешно. Сегодня, как говорит Светлана Николаевна, она ведёт обыкновенный для неё образ жизни – «в равной мере, что до операции».

Наталья Николаевна ещё в клинике удивила врачей своим очень скорым послеоперационным «воскрешением». Она быстро восстановила силы, набрала потерянный вес и, по оценке сестры, преобразилась прямо на глазах. Московские врачи убеждены, что в столь быстром возращении здоровья свою роль сыграли гены, заложенные сёстрам от рождения, и здоровый образ жизни на селе.


Не состоялось бы скорое лечение без материальной поддержки многих и многих других людей. Женщины не смогли бы отправиться на лечение в Москву, взять с собой ещё одну помощницу, чего требовало состояние больной, если бы руководство управления культуры Гурьевского района не выделило достаточно приличные по нынешним временам средства. К ним добавились деньги местного фермера В.Ф. Богданова, конечно, пожертвования селян, собранные по принципу «кто сколько смог». Денег женщинам «на Москву» хватило, за что они всем говорят огромное спасибо. Благодарны сёстры своим друзьям и знакомым, кто за них молился, оказывал другую моральную поддержку, говорят, таковых было много.

И просто о любви


Думаю, внимательный читатель заметил, что в рассказе о сёстрах из Кулебакино не упоминается слово «любовь», его производные словосочетания и синонимы. Женщины их вслух не произносили. Однако не любовью ли продиктованы поступки, старание старшей сестры вернуть здоровье младшей, вера женщин друг в друга, совместное стремление избавиться от недуга? Их любовь не показная, а подлинная, определившая выбор по спасению родного человека. Без любви невозможно было одной из сестёр пойти на риск, а другой – принять жертву. Их любовь выказывается в заботе о матери-старушке, муже-инвалиде, ухоженных и воспитанных детях, коих в семье много, и кто из них чей, для мам не имеет значения – все родные по кровной и духовной связи. И даже порядок в доме, в хозяйстве – это любовь, годами, а то и веками выпестованная сельским укладом жизни. И эта любовь во всех ее проявлениях по-христиански долготерпелива, бескорыстна, правдива, исполнена надежды, вынослива, не завистлива, не горда, не эгоцентрична. Потому сегодня вся семья вместе, она – их смысл и главенствующая ценность.


Возможно, кто-то из читателей скажет, что таких случаев, как с сёстрами из села Кулебакино, в жертвенной России достаточно много. Тогда задумайтесь, в чем суть вывода одного зарубежного учёного, который 50 лет занимался исследованием факторов, влияющих на продолжительность жизни человека. Он изучал образ жизни огромного числа одиноких людей и людей, имеющих семью. «Единственное, что имеет значение в жизни – это отношения с другими людьми. Счастье – это любовь. Точка», – заключил учёный своё изыскание. Оппоненты тут же отреагировали, дескать: «Ха-ха! Давно известно!». А учёный парировал реплику так: «Просто я ещё раз в этом твёрдо убедился!».

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

481