Меню
16+

«Знамёнка». Газета Гурьевского района Кемеровской области

09.02.2015 08:17 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 6 от 09.02.2015 г.

Ты да я, да мы с тобой

Автор: Виктория КУДИНОВА

Почему врачи хирургического отделения больницы вынуждены «жить» на работе.

Тапочки, белый халат, защитная маска на лицо, и вот я уже в рядах медиков Гурьевской городской больницы. «Не всё медиков критиковать, побудешь и с нашей стороны баррикады», — шутит врач-травматолог Андрей Юрьевич Винюхин, пригласивший меня «подежурить» в хирургическом отделении больницы, чтобы своими глазами увидеть, чем живет и дышит сегодня этот очень ответственный участок гурьевской медицины. От предложения Андрея Юрьевича в виде 32-часового дежурства в больнице, чтобы уж «в полной мере прочувствовать работу врачей», я, конечно, сразу отказалась: решила, что не готова пока жить на работе и днем и ночью, как живут наши медики. А вот предложение вместе с белым халатом «примерить» на себя профессию врача и почувствовать, как оно – быть ответственным за чьи-то жизни, приняла.

Отдохнем в операционной


Ординаторская, которую делят заведующий хирургическим отделением нашей больницы Владимир Павлович Шачнев и врач-травматолог Андрей Юрьевич Винюхин, из-за высоченных стопок бумаг и папок и вправду слегка смахивает на баррикаду. Только отсидеться за ней вряд ли кому-то удастся. Пациенты, их родственники, медсестры, санитарки, врачи и даже полицейские, стоящие в очередь кто за выписками из истории болезни, кто – за больничными, направлениями, консультациями, а еще непрекращающиеся звонки по нескольким телефонам сразу – кажется, что мои новые  «коллеги» вдруг понадобились всем и сразу.


В промежутках между визитами посетителей Владимир Павлович и Андрей Юрьевич еще пытаются внести в компьютер информацию, чтобы привести в порядок документы и разгрести все эти бумажные завалы. Реформирование медицины предполагало, что врачи будут заносить истории болезни в единую электронную базу, чтобы уменьшить «бумажную» работу и высвободить время для работы с пациентами. Единой базы пока нет, и врачи дублируют историю болезни в бумажном варианте, получается, делают двойную работу: в компьютер заносят, но и в бумажные истории болезней клеят распечатки.
Все было бы чуть проще, если бы в отделении, как и положено по штату, работало четыре доктора, но докторов этих нет. «Отдохнем на операции», – шутят по этому поводу хирурги. Операционная – единственное место, где их никто не отвлекает от непосредственной врачебной работы, той, ради которой они в своё время и связали свою жизнь с медициной. Но рассчитывать сегодня на такой «отдых» не приходится: понедельник – традиционно неоперационный день. Так что настраиваемся на обычную работу – с обходами, перевязками, консультациями, заполнением бумаг.

По разные стороны баррикады?


Рабочий день начинается с отправки пациента в Ленинск-Кузнецкую клинику. Мужчина поступил с переломом тазобедренного сустава. Все, что могли, гурьевские медики для него сделали, сейчас решили, что помочь ему может операция по замене сустава, которую как раз и делают в Ленинске-Кузнецком.
Возможно, поэтому в адрес врачей районных больниц часто сыплются обвинения, что они не способны поставить на ноги «тяжелых» больных, что все сложные случаи «спихивают» в областные или другие специализированные клиники. Наших врачей такие выпады вчерашних пациентов – зачастую тех, которых доктора вытащили практически с того света, конечно, задевают. Едва выйдя из больницы, те  словно встают по другую сторону баррикады от наших докторов, забывают, кто им спас жизнь, нахваливая областные клиники и не упуская случая сказать: «А здесь-то что могут?.. Ничего».


А между тем наши медики и не должны оказывать высокотехнологичную помощь. Больница первой категории, коей и является наша Гурьевская больница, оказывает первичную медико-санитарную помощь. Такие больницы часто сравнивают с военно-полевыми госпиталями на передовой фронта: пациент поступил, ему поставили диагноз, оказали первую помощь, вывели из угрожающего жизни состояния, а дальше, если могут, то долечивают, если нет, то направляют в другие больницы. Именно по этой причине в хирургическом отделении нашей больницы всего около 15% плановых операций, все остальные – экстренные. И так, сколько помнит Владимир Павлович Шачнев, было всегда.
...После тщательного осмотра во время перевязки Андрей Юрьевич принимает решение направить еще одного пациента в специализированную больницу, на этот раз – в Прокопьевский ожоговый центр. Мужчина то ли случайно, то ли специально облил себе часть тела спиртом и поджег. За несколько недель наши медики выходили его – вывели из критического состояния, угрожающего жизни. Ожоги стали затягиваться, процесс заживления пошел очень быстро. И в принципе, пациент вполне может долечиться и здесь. Отпускать теперь его куда-то, когда сделана вся самая сложная и ответственная работа, конечно, жалко, но врачи понимают, что в Прокопьевске ему могут сделать пересадку кожи, которая не только значительно ускорит процесс заживления, но и сведет к минимуму риск образования рубцов.


Так что, как бы ни пытались некоторые обиженные пациенты сталкивать между собой районные и областные больницы, в борьбе с недугом все больницы находятся по одну сторону баррикады, и каждая из них играет в излечении больного свою роль. Находящиеся рядом с пациентом районные больницы оказывают экстренную помощь, специализированные – более технологичную. И глупо и непорядочно забывать, что не будь «районок», далеко не все пациенты смогли бы добраться до других, пусть самых золотых больниц, живыми.

На передовой


Ожоги, обморожения, прободная язва, аппендицит, переломы позвоночника и ключицы, лимфаденит, непроходимость кишечника – это лишь маленькая толика того, с чем сегодня лежат в нашей «хирургии». 16 палат по 4-5 человек в каждой, и почти каждому больному угрожала или все еще угрожает смертельная опасность – как ни крути, но с простым переломом сюда не кладут. Поэтому надо быть поистине профессионалом, чтобы уметь сходу помочь каждому из поступающих в больницу пациентов. И именно за такую универсальность и ценят в медицинской среде врачей районных больниц, именно из-за нее и ставят их в один ряд с военными хирургами.


В специализированной больнице, где к услугам врачей самое современное оборудование, где за спиной у каждого доктора стоит коллектив коллег из отделения, а то и кафедры,  институты, специалисты которых всегда помогут установить правильный диагноз, работать проще: ответственность делится на всех. Да и специализируется врач в таких больницах, как правило, на узком круге операций, к примеру, четверть века оперируют только сердце или почки. Наш хирург, оставаясь в одиночку на ночное дежурство, не знает, с чем столкнется через час.


В помощь нашим докторам – рентгенаппарат, лабораторные анализы, да собственный опыт с интуицией. Последняя нужна потому, что многие заболевания сегодня зачастую развиваются далеко не по классическому сценарию, описанному в медицинской литературе. На обходе Андрей Юрьевич обратил мое внимание на одного из пациентов. Вроде, обычный на первый взгляд диагноз — «аппендицит». Но сегодня по статистике 8% случаев этого заболевания развиваются атипично, а в данном случае мужчина вообще собрал целый «букет» нетипичных признаков воспаления аппендикса. Он был расположен не с той стороны и не в том месте. Осложнили постановку диагноза неразговорчивость мужчины и его немаленький живот, через который прощупать что-либо – большая проблема.


В специализированных больницах все непонятные и спорные случаи диагностируют с помощью лапароскопа или томографа. Последнего у нас, понятно, нет и быть не может. А вот на лапароскопе врачам отделения учиться работать просто некогда.


Одиночество


Чтобы я поняла размеры бедствия, В.П. Шачнев дает мне почитать одну из многочисленных служебных записок, написанных им главному врачу Е.Б. Никитиной. Записка ещё сентябрьская, но из нее понятно, что она не первая и, увы, не последняя. Речь в записке идет о том, что составить полноценный график дежурств докторов в отделении в октябре невозможно, так как доктор А.Ю. Винюхин должен уйти в очередной отпуск на 28 дней, а дежурства, которыми могут помочь врачи из поликлиники и приезжающий по пятницам из города Кемерово доктор В.В. Сидорин, проблемы не решают.


К этой служебной записке Владимир Павлович приложил статью доктора медицинских наук А.К. Графова «Болезнь «одиночества» в хирургии». Суть её в том, как «выгорают» на работе, как постепенно, незаметно заболевают профессиональной болезнью «одиночества» хирурги районных больниц, вынужденные годами, как каторжные, работать практически в одиночку – когда не с кем толком посоветоваться и не на кого положиться.


Работают наши врачи сутками и не могут уйти ни на больничный, ни в отпуск. Работают сутками не потому что денег мало, как упрекают их небольшого ума завистники, а потому, что по-другому не получается, отделение же не закроешь, не напишешь на двери записку: «Извините, все ушли на обед (в отпуск, на больничный), приходите через месяц».


Хирургический стаж Владимира Павловича Шачнева – 30 лет, Андрея Юрьевича Винюхина – чуть меньше... Они, конечно, могут посоветоваться друг с другом или позвонить, в случае чего, коллегам. Но как звонить ночью врачу, который отработал 32 часа, ушел восемь часов назад из отделения, а через восемь ему снова на работу?


Со времени написания этой служебной записки ситуация с кадрами не только не улучшилась, она даже ухудшилась, так как в конце прошлого года умер травматолог В.Н. Курлов. Умер не на баррикадах, не на войне, а в мирное время, в больнице, на рабочем месте...  Вот вам и передовая...

Займет ли кто-то пустые стулья?


Владимир Павлович и Андрей Юрьевич вдвоем работают не месяц, и не два. Но два лишних стола и два стула в ординаторской, поставленных, видимо, для тех несуществующих пока двух врачей, которые положены по штатному расписанию, убирать, похоже, не собираются, надеются, что стулья все же дождутся своих хозяев. Лучше, конечно, молодых людей, потому что работа в экстренной хирургии, как подчеркивает В.П. Шачнев, это в первую очередь удел молодых.


Надежду медикам дают те молодые врачи-энтузиасты, которые все же откликаются на многочисленные приглашения и Елены Борисовны Никитиной, и Владимира Павловича Шачнева, и других врачей, и приезжают в нашу больницу. Так, из Кемерова каждую пятницу приезжает на дежурства в хирургическое отделение врач В.В. Сидорин. В этом году ждут приезда врачей ультразвукового исследования, анестезиолога-реаниматолога, хирурга и врача функциональной диагностики. Но вот останутся ли они у нас работать — большой вопрос. Для этого им нужно предложить перспективы и условия более привлекательные, нежели в областных клиниках – жилье, соцпакет, возможности для профессионального роста. Для этого нужны серьезные районные программы по привлечению медицинских кадров. Но их пока нет.


А значит, остается только молиться: дай Бог, чтобы у наших врачей, работающих сутками, хватило здоровья, сил и мужества противостоять этой страшной для хирургов болезни «одиночества». Потому что, на мой взгляд, нет ничего страшнее, чем оказаться с таким вот “больным” врачом по одну сторону баррикады, когда по другую сторону тебя атакует болезнь...

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

476