Меню
16+

«Знамёнка». Газета Гурьевского района Кемеровской области

08.09.2014 15:45 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 36 от 08.09.2014 г.

Неблагополучные. Дети со статусом

Автор: Виктория КУДИНОВА

Мы завершаем публикацию материалов из цикла «Неблагополучные», в которых автор пыталась разобраться, почему государство стремится к тому, чтобы дети воспитывались в семьях,
а не в детских домах. Мнение автора не претендует на истину в последней инстанции. Но если хотя бы кто-то из тех, чьи дети воспитываются в детских домах, или тех, кто хочет взять ребенка к себе в семью, задумается над проблемами, поставленными в материале, значит, он был написан не зря.

Лучше плохая семья, чем идеальный детский дом


Трудно сказать, что чувствуют дети, впервые переступая порог детского дома. Еще в приюте я обратила внимание, что ребятишки воспринимают решение суда о лишении их родителей родительских прав как приговор себе, приговор, означающий, что они теперь будут жить в детском доме. А потому всеми силами стремятся попасть в семью.


Я поделилась этими мыслями с директором Гурьевского детского дома Натальей Анатольевной Полянской. «А для них это действительно приговор, – согласилась она. – Ребятишки боятся. Боятся самого детского дома, боятся, что теперь к ним будут хуже относиться друзья, одноклассники, взрослые, они боятся насмешек и обидного клейма «детдомовец». И их стремление любыми путями попасть в семью я понимаю и поддерживаю. Я 8 лет работаю директором детского дома, и моя позиция, что самая плохая семья лучше, чем идеальный детский дом, только укрепляется. Я всегда главной своей целью считаю найти всем нашим детям семью».


Мнение Натальи Анатольевны можно считать достаточно авторитетным, поскольку Гурьевский детский дом в прошлом году в рейтинге детских домов области из 44 детдомов занимал 4 место, в этом году несколько сдал позиции, но все равно уверенно входит в двадцатку лучших.

Цель – одна, подходы – разные


Цель Натальи Анатольевны – найти каждому детдомовскому ребенку семью – на сто процентов совпадает с целью государства. На традиционном августовском совещании педагогов в этом году было озвучено, что с 1 января 2015 года вводится важнейший показатель деятельности муниципалитета – доля детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, переданных на воспитание гражданам России. В Гурьевском районе поставлена задача до конца 2014 года сократить количество детей в детских домах на 30%.
Глава района С.А. Малышев на этом совещании  казал, что «мы с этой задачей справимся», и поручил руководителям детских домов, органам опеки и попечительства «активизировать работу по семейному устройству детей, принять необходимые меры по сохранению детей в кровной семье, разработать и реализовать меры предупредительного характера для работы с семьями, стоящими на грани лишения родительских прав».


Сама по себе цель – очень хорошая. Насторожили меня в ней только цифры, ОЧЕНЬ КОНКРЕТНЫЕ цифры.


Чем это может обернуться для детей? Детдомовские ребятишки не раз мне рассказывали, как это неприятно, когда тебя «рекламируют»  через средства массовой информации или показывают потенциальным родителям. Тот, кому действительно нужен ребенок, сам найдет дорогу в детский дом.


Но известно, что нередки случаи, когда приемные родители приходят в детские дома с готовым постановлением о передаче ребенка в приемную семью, ни разу при этом не видев самого ребенка. А потом возвращают его через некоторое время. Вот так запросто – как не понравившуюся вещь в магазин: возьмите обратно, не подошел или не подошла… Разворачиваются и уходят. А ребенок остается. Дважды преданный взрослыми – сначала родными родителями, потом – приемными.


В Гурьевском детском доме помнят случай, когда родные непьющие родители отказались от собственного ребенка, переложив  проблемы воспитания на сотрудников детского дома. Есть случаи, когда отказываются и приемные родители, к примеру, 16-летнюю Лилю приемные родители возвращали дважды. Скольких усилий стоит работникам детского дома вернуть таким детям веру в жизнь, известно, наверное, только Богу да им самим: ведь дети эти непростые, есть среди них и агрессивные, способные отомстить, есть склонные к суициду.
Предвижу, что кто-то из бравших таких детей в семью возмутится: да вы знаете, какие это сложные дети?! Согласна, дети непростые. Но ведь никто в детском доме не скрывает диагнозов, не отказывает в беседе и в предварительном общении с ребенком. Наталья Анатольевна открыто говорит, что из 32 детей, прошедших в июне диспансеризацию, полностью здоровых нет. Можно ведь, прежде чем взять ребенка в семью, пригласить его в гости, прийти в детский дом самому.


Бывают случаи, когда потенциальные родители, не таясь, не скрывая корысти, объясняют, зачем берут детей: «Так своих детей учить надо…».


Наталья Анатольевна оценок таким родителям, по крайней мере, вслух, не дает. Говорит, не ее это право – судить их, ее задача – воспитывать детдомовских ребятишек.
А вот приемная мама Галина Дмитриевна Крючкова, телефонный разговор с которой у нас состоялся сразу же после выхода первого материала «Неблагополучные», у таких приемных родителей при случае не стесняется поинтересоваться: «А на что вы потом приемных детей учить будете?»

Режим – семья…


Я еще раз спросила Наталью Анатольевну, почему она считает, что любая семья лучше детского дома? Вместо ответа она пригласила меня пройтись по детскому дому и его территории. На первый взгляд – все как в обычном доме: огород 10 соток, где, как на дрожжах, растут морковка, капуста и другие овощи, куча детской обуви при входе, с кухни доносятся вкусные запахи…
Хотя, стоп! У порога не только куча обуви, но и охранник, требующий документы у всех пришедших. На кухню ребятишкам входить запрещено, здесь нельзя, как у мамы, ухватить чего-нибудь вкусненького и убежать. Нельзя даже просто помочь поварам: это запрещено по технике безопасности. Нельзя пригласить к себе друзей и напоить их чаем.


Я заметила, что в группах много пустых кроватей, оказалось, что ребятишек пригласили в гости в семьи, в детском доме об этом говорят, что дети находятся на «гостевом режиме».
Проходя по детскому дому, я искренне восхищалась расписанными стенами и здорово экономящими место встроенными шкафами. А Наталья Анатольевна раскрывала секреты: роспись – это не везде просто роспись, кое-где она деликатно маскирует пробитые детьми и забитые ДВП дыры в стенах. И шкафы встроены оттого, что обычные шкафы развалились. Не берегут дети мебель, не умеют беречь! Вот и пытаются сотрудники детского дома исправить положение, а заодно научить детдомовских детей небольшим хитростям – как сделать из ничего нужную вещь. Хитростям, в общем-то, известным с детства ребятишкам из обычных семей.


Что касается кухни, то тут Наталья Анатольевна как о большом достижении, буквально прорыве, говорит о том, что запретила поварам чистить для детей яйца.  «Дети должны знать, что у яйца есть скорлупа!» – говорит она. А то получится казус, подобный тому, что произошел однажды с одним ребенком в гостях. Налили ему чай, а он попробовал и говорит: «А почему он у вас какой-то невкусный?» «Так ты сахар-то туда положи», – отвечают ему. «А в чай еще сахар нужно класть?!» – был шокирован ребенок, которому сахар в чай всегда клали повара.


«Мы для того огород и держим, чтобы дети знали, что морковь и картофель в земле растут, а салат – это зелень такая, а не только огурцы с помидорами, как считают приходящие к нам дети», – говорит Наталья Анатольевна. А чтобы ребенок не удивлялся, что в чай надо сахар класть, хорошо бы иметь гостевую комнату, куда любой детдомовский ребенок мог бы пригласить друзей, родственников и сам – САМ! – вскипятить для них чай, испечь пирог и угостить, мечтает она.


Мечта несбыточная не только из-за отсутствия лишних помещений и денег на покупку чая и продуктов для пирогов. Несбыточная – из-за запрета привлекать детей к труду. Позже, когда мы вернемся в ее кабинет, Наталья Анатольевна зачитает мне цитату из Устава детского дома, разработанного на основе Положения о детских домах: «Привлечение воспитанников учреждения без их согласия к труду, не предусмотренному воспитательно-образовательной программой, запрещено».


«Нет образовательной программы для поливки огорода, прополки цветов, стирки белья, – вздыхает Наталья Анатольевна. – Чиновники говорят: есть прачка – пусть стирает, есть повара – пусть готовят, есть техничка – пусть убирает. Все правильно. Но, выпустившись из детского дома, дети лежат на кроватях и ждут, когда им кто-то постирает носки и приготовит еду. И я их понимаю. Сами-то они этого делать не умеют, их никто не научил». В итоге из-за неумения некоторых детдомовских детей жить вне детдома мы получаем вторичное социальное сиротство. На память Наталье Анатольевне пришли два случая, когда в их детский дом определили детей бывших воспитанников детских домов. Вот такие «династии»…
Из-за того, что дети из неблагополучных семей не умеют делать элементарных вещей – заправлять кровать, стирать и гладить себе одежду, готовить еду – у них возникают большие проблемы и в приемных семьях. В приюте за 25-50 детьми ухаживают 107 человек, в Гурьевском детдоме за 32 детьми – 48 человек, а когда они приходят в приемную семью, вдруг оказывается, что за десятью детьми ухаживает одна мама. Если приемная мама сможет приучить ребенка обслуживать себя, значит, ребенку уже повезло, считает Наталья Анатольевна, и свою минимальную задачу семья выполнила – подготовила ребенка к жизни в обществе.


Жалея ребятишек, Наталья Анатольевна на свой страх и риск в каждой группе тоже поставила стиральные машины-автоматы, и к поливке цветов привлекает детей регулярно. Правда, предварительно все же подстраховалась – все дети написали заявления о желании работать.


В Урском приюте пошли другим путем. Там поливают и полют цветы с детьми в рамках специально разработанной экологической программы. Это в семье можно дать ребенку рассаду, совочек, леечку и в течение двух минут показать, как сажать цветок. В госучреждении без утвержденной программы – нельзя, при любой проверке могут наказать.
Вот и получается, что кто-то из педагогов будет, как Наталья Анатольевна, рисковать и учить детей, а кто-то просто махнет на них рукой: не мои дети – не мои проблемы.

Путевка для детдомовца


Поступая в детский дом, каждый ребенок имеет на руках специальный документ – путевку. «Прямо как в санаторий или пионерский лагерь», – подумала я, когда услышала об этом впервые. С той лишь разницей, что в пионерлагерь ребенка отправляют на месяц-два, а путевка в детский дом сроков не имеет. Может случиться, что ребенок задержится в детском доме всего на несколько часов – до приезда приемных родителей, как задержался в мае этого года 13-летний Егор, а в октябре прошлого года – 5-летний Артур. А может так выйти, что путевка окажется бессрочной, как у 17-летней Дианы, которая живет в детском доме практически с рождения и, кстати, уже давно никуда отсюда не рвется, поскольку считает детдомовцев своей семьей, а сам детский дом – настоящим домом.


Но счастливчики с «короткими» путевками — большая редкость. Еще большая редкость, когда потом в приемной семье все складывается так, что ни родители, ни приемный ребенок ни о чем не жалеют. Навскидку педагоги Гурьевского детского дома вспомнили только один счастливый случай, когда однозначно можно сказать, что путевка в детский дом оказалась счастливым выигрышным билетиком и для ребенка, и для семьи, его взявшей. Начиналось у 3-летнего Димки все очень печально и стандартно для детей из неблагополучных семей. Родители пили, ребенком не занимались, иначе вряд ли оставили бы без внимания серьезную патологию сердца у сына. Когда Димке исполнилось 3 года, родителей лишили родительских прав, а мальчишку отправили в Гурьевский детский дом. Вот тут-то и выяснилось, что Диме нужна операция на сердце с последующей реабилитацией и приемом лекарств стоимостью полтора миллиона рублей. Не знаю, стали бы родные родители, так и не нашедшие в себе сил бросить пить и восстановиться в родительских правах, заниматься устройством ребенка на операцию и поиском такой громадной суммы. Директор Гурьевского детского дома Н.А. Полянская – стала. И на операцию ребенка устроила, благо, для детдомовских ребятишек она бесплатная, и возможность приобрести лекарства нашла.


Димку прооперировали, перевели в палату для реабилитации. И это оказался тот самый случай, когда говорят, что не было бы счастья, да несчастье помогло. В одной палате с Димкой лежал мальчик после такой же операции. Только мальчик, в отличие от детдомовского Димки, лежал с мамой. За те два месяца, что они лежали в больнице, мама и мальчик так привязались к Димке, что отпустить его не смогли. Семья эта оказалась из Новокузнецка. Наталья Анатольевна рассказывает, что в Новокузнецке передача детей в приемную семью – процесс очень долгий, приемных родителей заставляют пройти кучу анализов, тестов, курсов, собеседований. Полгода понадобилось семье, чтобы уладить все формальности. Несмотря на то, что у них на руках был собственный ребенок после сложнейшей операции, они нашли на это время. А Димку, чтобы он все это время не скучал в детском доме, постоянно брали к себе в гости. Позже они не раз все вместе приезжали в детский дом – тоже большая редкость. И огромная радость для педагогов, так как у них самих нет права посещать приемные семьи. Рассказывают, Димка был очень счастливый и все прятался за новую маму. Педагоги не обиделись, говорят, для них это хороший знак, значит, у малыша все в порядке, а еще одно подтверждение тому – слова, оброненные в разговоре его новыми родителями, что они хотят Димку усыновить.


Конечно, есть у нас в районе и другие положительные примеры – та же приемная семья Крючковых, о которой мы не раз писали в нашей газете, или семья Кузнецовых, которая объездила с концертами половину земного шара и о которой с большой гордостью говорят и в отделе опеки, и в детском доме.


Когда сталкиваешься с такими семьями, начинаешь понимать, что для ребятишек из этих семей, как бы страшно это ни звучало, путевка в детский дом стала настоящей путевкой в жизнь. И, наверное, все же право государство, стремящееся как можно большее количество детей устроить в семьи. Все-таки как-то неправильно, не по-человечески, когда ребенок считает своим домом детский дом, а детдомовских ребятишек и воспитателей – своей семьей. Когда, кроме них, ему не за кого спрятаться, когда страшно, и не к кому прижаться, когда больно.


Государство право, но хочется, чтобы во главу угла стремления передать как можно большее количество детей в семьи ставилось не выполнение плана с его очень конкретными цифрами, а искренняя забота о благополучии неблагополучных – маленьких детей с их и без того непростыми взрослыми судьбами…

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

1113