Меню
16+

«Знамёнка». Газета Гурьевского района Кемеровской области

25.03.2020 14:20 Среда
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

…Умираем, но в плен не сдаемся

Автор: П. ИОНОВ

Всему миру известен бессмертный подвиг мужественных защитников Кер­чи, которые в середине мая 1942 года, прикрывая эвакуацию советских войск на Таманский полуостров, попали в окружение. Спустившись в Аджимушкайские каменоломни, они на протя­жении 170 дней продолжали беспри­мерную борьбу с озверевшим врагом.

В Салаире живет участник Керчен¬ских сражений — Алексей Михайлович Малыхин.

Он родился в 1923 году в Новоси¬бирской области, был старшим сыном в семье, где кроме него было еще трое детей. Отец его работал в леспромхо¬зе, а после его закрытия, в 1933 году, семья переехала в Таштагол. Здесь Алексей Михайлович окончил 9 клас¬сов. Потом началась война. 25 декаб¬ря 1941 года он был призван в армию, вместе со своими друзьями он про¬сился на фронт, на передовую, но был направлен в школу спецрадистов в Новосибирск. 19 лет ему исполнилось уже по дороге на фронт, когда эшелон с пополнением, в котором находился и Алексей Михайлович, двигался че¬рез Урал.

По прибытию на место сержант Малыхин был назначен помощником дежурного по роте связи. После осво¬бождения Керчи сотни и сотни бойцов расположились в малых Аджимушкайских каменоломнях, ждали отправки на передовую. В полуосвещенных штольнях сновали связисты, несли службу часовые, стучали машинки в штабе. Целый военный гарнизон жил под землею по военному распорядку. Перестрелки с врагами не прекраща¬лись ни на один день. Полк жил и боролся под землей. Не было воды, подходы к колодцам обстреливались врагом, за ведро воды платили чело¬веческими жизнями.

Алексей Михайлович вспоминает, как в полночь, поднявшись на поверх¬ность, увидел, что внизу, от метал¬лургического завода им. Волкова до поселка Аджимушкай мелькают огни.

Это, не выдержав обороны, отходили части Крымского фронта: армия Ман¬штейна бросила на прорыв танки. Под землею уже знали о случившемся, прозвучала команда: «Рота, в ружье!». Срочно стали сжигать документы... Заняли оборону на окраине поселка. На рассвете в прицел снайперской винтовки Алексей Михайлович впер¬вые увидел живого врага... Фашисты шли в рост, а впереди ползли шесть танков. Они не стреляли, словно зна¬ли, что остановить их нечем. Они бы смяли оборону, но тут полетели ог-ненные болванки «катюш», и вражес¬кие танки и пехота были сметены, со¬жжены одним залпом.

Назавтра роту, в которой был Алек¬сей Михайлович, перебросили на дру¬гой участок, к большим Аджимушкайским каменоломням: Аджимушкай был оставлен, удерживать его не было смысла. Приказ был такой: ни шагу назад, прикрывать отход наших час¬тей, обеспечить переправу. Отбивали одну атаку за другой. На пятый день поступил приказ выбить немцев из поселка. Все, кто мог держать оружие, поднялись в атаку. А немцы с церков¬ной колокольни поливали пулеметным огнем... Когда осталась половина бой¬цов, залегли. Дождавшись темноты, подобрав раненых товарищей, уце¬левшие бойцы начали отходить к ме¬сту расположения.

К рассвету заняли оборону у цент¬рального входа в катакомбы. Вокруг немцы, но приказа отходить нет, зна¬чит, не все еще переправились. Дер¬жались еще двое суток. Алексей Ми¬хайлович оказался в одном окопе с пожилым солдатом. На груди — ме¬даль, еще за финскую, бывалый воин. Еще один солдат попросил лопату -

копать окоп. И штыка копнуть не успел — повалился. Снайперская пуля попа¬ла в голову. Взяли у него документы, вещмешок. В вещмешке оказался ку¬лек риса. Алексей сползал к болотцу, набрал котелок зеленоватой воды, сварили кашу, поели.

Ближе к вечеру в самом поселке разгорелся бой: в рукопашную с вра¬гом сцепились раненые из госпиталя. От каменоломен их поддержали ог¬нем, но прорваться удалось едини¬цам.

В ночь на 18 мая в последний раз поели горячей пищи. А днем все под¬разделения вторично поднялись в ата¬ку, за поселок Аджимушкай. К камено¬ломням вернулась половина. Посту¬пил приказ разместиться под землей, в больших катакомбах. Здесь собра¬лось более 10 тысяч бойцов, несколь¬ко тысяч гражданского населения. Здесь же разместились госпитали — около 4,5 тысяч раненых.

Командование подземным гарни¬зоном взял на себя полковник П.М. Ягунов и издал приказ о том, что под¬разделения сводятся в один полк Крас¬ной Армии с присвоением ему статуса отдельного полка обороны Аджимушкайских каменоломен. Под строгий контроль было взято все продоволь¬ствие.

С 22 на 23 мая пошли еще раз на прорыв — не получилось. Следующий день для оставшихся в живых защит¬ников Аджимушкая навсегда останет¬ся в памяти как самый страшный день. Немцы взорвали большинство выхо¬дов из катакомб и при помощи комп¬рессоров загнали под землю удушаю¬щий газ. Тысячи людей в темноте ме¬тались по коридорам, натыкаясь друг на друга, ища какую-нибудь отдуши¬ну. Но от газа не было спасения, люди умирали в страшных мучениях.

В эфир открытым текстом была отправлена радиограмма: «Всем, всем народам Советского Союза! Мы, за¬щитники обороны города Керчи, зады¬хаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся!»

Немцы предложили всем желаю¬щим выйти через главный вход. Потя¬нулись старики, женщины с детьми. На выходе их тут же расстреливали автоматчики.

Малыхина и его товарищей спасло то, что во время газовой атаки они находились в отдельной штольне, вход которой они сразу же заделали, дышали через шинели.

Такие газовые атаки немцы вели до конца обороны. Но под землей были построены газоубежища, и жертв та¬ких атак стало меньше.

Сотни людей гибли от фугасов, которые немцы направляли в места скопления людей. Не было воды, это было самое страшное. Все подходы к колодцам простреливались немцами. Практически все, что удавалось до¬быть, шло раненым. Суточная норма воды была сокращена до столовой ложки. Люди лизали камни, потолок из ракушечника, который был пропитан водой. Как-то группа, в которую вхо¬дил Малыхин, с боем вырвалась на поверхность. Они принесли два вед¬ра воды, но из сорока человек верну-лось девятнадцать.

Немцы все больше подтягивали свои войска, бросали огромные силы против защитников каменоломен.

Но полк жил, боролся. Почти пол¬года без воды, без пищи держал обо¬рону подземный гарнизон. За это вре¬мя Алексей Михайлович потерял по¬чти всех товарищей по роте, а сам спасся чудом.

До 1947 года Алексей Михайлович служил в Советской Армии. Еще мно¬го раз смерть проходила на волосок от него.

После демобилизации вернулся в Кузбасс, много лет отработал в сфере торговли, возглавлял отдел рабочего снабжения Салаирского рудоуправле¬ния. Алексей Михайлович не раз изби¬рался депутатом городского Совета, а к боевым наградам прибавился ор¬ден Трудового Красного знамени — за доблестный труд.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

19